Случайные обои:
Поделиться с товарищами:


Книга Наследие времен:
Плывущий по течению (Глава I "Скауты").

...Отрывистые и сиплые голоса дикарей, как и прежде, раздавались совсем близко. До них было метров пятьдесят, но из-за высокой травы, укрывавшей от взора скаута всё кроме неба и горных вершин, можно было увидеть только нечёткие силуэты человеческих тел, да и то, лишь когда ветер пригибал к земле упругие желтые стебли. "Не хватало еще, чтоб они на ночь лагерем встали" - Макс приподнял голову, но тут же вновь припал к земле.

В нескольких метрах от него высилась зловещая фигура "пожирателя", одетого в массивный панцирь, состоявший из нескольких пластин брони, закреплённых на кевларовой основе с множеством истрёпанных ремней утягивавших броню так, чтобы она удобно лежала на мощном торсе...

Дикарь что-то рявкнул и пошел прочь. Похоже, он дал своим троглодитам команду отходить к реке, поскольку речь их становилась всё тише и сливалась теперь с шумом воды.

Макс не знал, сколько у него времени. Он не знал, уходят дикари или просто продолжат свои поиски чуть поодаль. Он знал лишь то, что ему нужны медикаменты, зашитые в поясной сумке парня, об имени которого он так и не удосужился расспросить.

Скаут ритмично пополз вперёд и уже метров через пятьдесят налетел на...

Весь рассказ →

Плывущий по течению: Глава 1 - "Скауты"

Солнце клонилось к закату, край алого диска уже касался поросшего соснами горного склона, что высился к западу от Лисьей реки. Зной отступал. Лёгкий свежий ветерок носился над травами. Вечерняя прохлада прибирала к рукам монотонный степной пейзаж.
"Скоро ляжет туман" - подумал Макс. Он уже несколько часов вжимался в кочковатую, сухую землю, и тело его изрядно затекло. "Ночи стали холодные... обязательно ляжет... не может не лечь".

Отрывистые и сиплые голоса дикарей, как и прежде, раздавались совсем близко. До них было метров пятьдесят, но из-за высокой травы, укрывавшей от взора скаута всё кроме неба и горных вершин, можно было увидеть только нечёткие силуэты человеческих тел, да и то, лишь когда ветер пригибал к земле упругие желтые стебли.
"Не хватало еще, чтоб они на ночь лагерем встали" - Макс приподнял голову, но тут же вновь припал к земле.

В нескольких метрах от него высилась зловещая фигура "пожирателя", одетого в массивный панцирь, состоявший из нескольких пластин брони, закреплённых на кевларовой основе с множеством истрёпанных ремней утягивавших броню так, чтобы она удобно лежала на мощном торсе. Поверх брони бряцалодекорированное клыками увесистое ожерелье, а лицо, под задранным вверх забралом шлема, было выкрашено охрой и известью. Микрофон, тепловизор, датчик движения и автоматический целеуказатель, дикарь удалил из шлема самым варварским образом, так что теперь о них напоминали лишь обрывки проводов, торчавшие по бокам от обтекателя. Что именно представлял собой боевой раскрас дикаря, Макс понять не успел, да ему это было и неинтересно. В могучих, покрытых фигурными шрамами руках, тот крутил старую изрядно потрепанную штурмовую винтовку, и это заботило разведчика куда больше.

Дикарь что-то рявкнул и пошел прочь. Похоже, он дал своим троглодитам команду отходить к реке, поскольку речь их становилась всё тише и сливалась теперь с шумом воды.

Макс не знал, сколько у него времени. Он не знал, уходят дикари или просто продолжат свои поиски чуть поодаль. Он знал лишь то, что ему нужны медикаменты, зашитые в поясной сумке парня, об имени которого он так и не удосужился расспросить.

Скаут ритмично пополз вперёд и уже метров через пятьдесят налетел на труп, сброшенный в небольшую ложбину. Да, это был он: чёрные взъерошенные волосы, с виду - лет восемнадцать. На лице у парня застыла гримаса неестественного удивления, в уголках губ запеклись пузыри крови. Зелёная куртка его, приобрела бурый оттенок, в брюшной полости зияли две рваные раны, какие обычно оставляют копья "невольников", а ноги были перебиты пулемётной очередью.

Макс выхватил нож и, разрывая петли на брюках, начал судорожно срезать тряпичный ремень.

Эту идею - вшить экстренный запас медикаментов в ремень самому небольшому участнику операции, предложил Крыс. Парень и правда был поджарым, если не сказать больше - щуплым. Его одежда едва ли могла заинтересовать дикарей или отребье, постоянно пополняющее банды пустошей. Здесь людей с подобными антропометрическими данными не сыщешь, здесь каждый как минимум вдвое больше бедолаги.

Расчёт оказался верен. У мёртвого скаута забрали все, что представляло хоть малейшую ценность, но такой ремень не налез бы ни на одного дикаря. Его и не тронули.

Нож постоянно выскальзывал из дрожащих, перемазанных кровью рук. Максу то и дело чудилось, что голоса становятся ближе, что дикари возвращаются. И оттого простые, вроде бы, действия становились сложнее во сто крат.

Когда широкую матерчатую ленту всё же удалось изъять со штанов погибшего, голоса и правда послышались совсем близко. Скаут судорожно рванулся в сторону, сделав несколько шагов по пути к своему прежнему убежищу, но вдруг остановился и посмотрел назад. Мёртвые глаза парня буровили его спину. Макс пару секунд в нерешительности смотрел через плечё, потом, будто очнувшись, резким движением потянулся к белёсому, мёртвому и уже давно остывшему лицу, чтобы прикрыть веки.

Путь назад показался недолгим. Макс быстро миновал лежбище, где провёл три или четыре часа в ожидании подходящего случая для поисков погибшего. Вскоре он увидел облезлое деревце, служившее ориентиром. В ста метрах к северу от которого, находились выжившие после боя товарищей.

Он нашел их, когда на степь начали опускаться сумерки. Всё в той же низине на примятой траве лежали двое. Смит уже не дышал, он глядел широко раскрытыми остекленевшими глазами в темнеющее небо. Похоже, умер он почти сразу после ухода Макса.

- Я думал, ты нас бросил, - стараясь не смотреть на труп Смита, дрожащим голосом произнёс немолодой мужчина из "Нижних трущоб". Макс не знал, как его зовут.

- Нет... - коротко и тихо ответил скаут. Он извлёк две ампулы из ремня неприятно липшего к рукам и, сорвав предохранители-колпачки, начал обрабатывать рану, делая мелкие инъекции по кругу. Рана была похожа на последствия выстрела из какого-то дробовика, пришедшегося по касательной.

Успокоительное из второй ампулы подействовало почти мгновенно. Макс подложил под голову бойца рюкзак, тот одобрительно засопел, всё глубже проваливаясь в мир сновидений.

Боекомплект был почти пуст. Макс порылся в карманах, затем занялся сумкой Смита. Найдя в общей сложности семь патронов, он перезарядил винтовку, вместе с тем, что оставалось в рожке, получилось двенадцать.

Он сел на землю между спящим и умершим собратьями, и стал ждать. Собственно, он и сам не знал, чего ждёт. Может, прихода дикарей, которых едва ли удастся остановить при помощи ножа и двенадцати патронов. Ожидать, что выжил кто-то ещё, было не очень разумно, они наверняка вышли бы уже к точке общего сбора. Оставалось лишь прорываться к колонии с раненым на плечах, что виделось Максу затеей бесперспективной. К тому же, в любом случае надо было ждать утра, чтобы этот седой, из "Нижних трущоб", хоть немного поднабрался силёнок.

Ну а пока, скаут сидел на стынущей земле, бессильно глядя вдаль. Туда, где за багровеющей линией горизонта лежал его родной город. Ну как - родной? Он жил в нём без малого двадцать лет. С тех пор как попал туда с караваном, возившим контрабанду из окраинных городов "Империи". Мать свою он не помнил, отца - тоже. Помнил старую бабку, посадившую его в кузов грузовика и снабдившую грязным клетчатым пледом, чтобы тот не замёрз в дороге. Почему? Зачем всё это было? Кто была эта старуха? Все что помнил Макс, было подёрнуто какой-то бирюзовой дымкой, как, впрочем, это часто бывает с детскими воспоминаниями.

Караван привёз мальчика пяти лет в город свободных людей, свободных нравов и почти полного беззаконья. Школой его стала улица, так что, читать он учился по рекламным вывескам и информационным роликам на видеостенах.

Город называли - "Лихорадка", и едва ли кто-то мог ответить - название это, или просто прилипшее к городу слово, лучше прочих отражавшее его суть.

Ребёнок стал подростком, затем юношей, а после - взрослым мужчиной. Но он так и не смог понять, что слова куда опасней пуль и радиации. И что жизнь зачастую подкидывает проблемы требующие решения, а не надежд на случай и авось. В итоге, впав в немилость лидеров сразу трёх весьма крупных криминальных кланов, Макс был вынужден бежать из города. Тогда мало кто верил, что, оставшись в Лихорадке, он проживёт хотя бы двенадцать часов.

Единственным светлым пятном в его серо-зелёной жизни была Элиза. Хотя Макс мог поклясться, что первое время она откликалась на имя Инга, и лишь с годами стала Элизой. Он встретил ее, когда был ещё ребёнком, она была на пару лет старше и промышляла тем, что искала потерянные вещи за умеренную плату, иногда за сутки обегая весь город, или часами пропадая в канализационных люках. Она великолепно мастерила хитроумные приборы, чутко реагировавшие на любые комбинации материалов, из которых могла быть сделана утрата, и всегда была очень осмотрительна в связях. Жаль, что Макс не следовал её примеру.

Это она предложила записаться в отряд поселенцев и побыстрее убраться из города, когда над его головой сгустились совсем уж чёрные тучи. И Макс недоумевал, зачем она отправилась с ним, ведь в Лихорадке дела её шли очень удачно. Свободная, умная и расчётливая, она со временем добилась бы очень многого, но бросила всё ради какой-то эфемерной мечты о новых горизонтах.

Макс перевёл взгляд к северу. Туда, где ещё виднелось в опустившихся сумерках внушительное техногенное плато. Колония "9-63" не была исключением среди прочих, её построили на возвышении, предварительно подготовив платформу, чтобы в город проникало поменьше тяжелых частиц напитавших землю. Так делали всегда, но обычно города располагали на местах прежних, ныне уже мёртвых населённых пунктов. Там было проще найти ровные поверхности и материал для насыпи. Как можно было основать колонию посреди степи, населённой лишь варварами да мутантами на сотни километров окрест, скауту было непонятно.

Лиза и в этот раз отговаривала его... Отговаривала идти в скауты. Но он не слушал.

Макс обхватил лицо руками и потёр лоб, чтоб хоть немного привести себя в чувства. На запястье его застрекотал и жалобно пискнул счётчик Гейгера, среагировав на изменения радиационного фона, этот пронзительный звук отрезвило парня куда лучше, чем растирание лба и висков. Он и думать забыл, что эта штука висит на его руке. Только сейчас к нему пришло осознание и страх, что такая мелочь могла подвести жирную черту под его никчемной жизнью, только лишь из-за того, что радиационный фон чуть повысился бы, когда он лежал в траве окруженный дикарями.

Макс рефлекторно потянулся к рюкзаку, где был бережно сложен комбинезон химзащиты. Впрочем, прибор, единожды пискнув, более не подавал признаков жизни. Скачёк оказался совсем мизерным.

"Надо было дать откалибровать Элизе, чтоб не пищал, когда ни попадя".

Но гневные мысли мгновенно улетучились, уступив место страху, когда совсем рядом, вот прям перед носом у Макса зашелестела трава. Он мгновенно вскинул винтовку и, нащупав дрожащей рукой флажок, переключающий режимы стрельбы, установил его на "одиночные". Шелест стих. Скаут начал судорожно работать ногами. Оставляя каблуками глубокие рытвины, он постепенно отползал назад, прочь от прежнего места дислокации. Шум послышался справа, потом снова стих. Лоб Макса покрылся испариной. Ствол, замотанный в ленту цвета хаки, ходил ходуном в дрожащих руках. Воцарилась тишина. Макс слышал лишь своё дыхание и стук сердца. Казалось, что даже ночные птицы замолкли, а мыши-полёвки попрятались в норы, более не досаждая своими шорохами и писком.

Неожиданно, хруст травы раздался прямо за спиной, отозвавшись оглушительным скрежетом в ушах. Чья-то сильная рука схватила Макса за шею и слегка придушила. Он хотел вскрикнуть, но ладонь с удивительно длинными и тонкими пальцами молниеносно скользнула вверх и сильно сдавила рот. Макс попытался направить ствол винтовки себе за спину и выстрелить. Запястья пронзила резкая боль. Это другая рука противника, доныне не участвовавшая в баталии, мгновенно и без особых усилий, обезоружила разведчика.

- Тссс!.. Тихо!.. Молчи!.. - раздался хриплый шепот.

Руки быстрым рывком уложили Макса на спину. Над ним нависло вытянутое лицо с глубоко посаженными выцветшими глазами и неестественно большими передними зубами. В робком свете угасающего дня, лицо казалось молочно белым. Волосы, сложенные в аккуратный, но очень тонкий хвост имели тот же выцветший серый оттенок, что и радужная оболочка глаз.

Человек ухмыльнулся и сплюнул, а Макс громко выдохнул. Он знал этого человека. Это был Крыс.

Осторожно отпустив скаута, Крыс направился в траву и вынес оттуда раненого. Что произвело на Макса серьёзное впечатление, ведь выглядело это так непринужденно, будто нёс он тюк с сеном.

Раненого звали Эрик, это был здоровенный детина. До последнего времени он постоянно околачивался у штаба городской самообороны, мня себя защитником колонии. Но в штабе на его присутствие смотрели прохладно, и как только представилась удобная возможность, прикрепили к группе скаутов в качестве огневой поддержки.

Нынче он выглядел весьма посредственно, хотя и держался молодцом. Видимо он сошелся в рукопашной схватке с дикарями и возможно даже победил, хотя победа, как видно, далась непросто. У него был сломан нос и пара рёбер с правой стороны. Руки багровели множественными царапинами и порезами, а на ногу была наложена импровизированная шина изрядно уже пропитавшаяся кровью. Видимо ноге досталось очень серьёзно. Колено было разбито в кровь, а берцовая кость раздробленна.

Макс швырнул Крысу ремень с медикаментами, тот ловко поймал его и стал быстро извлекать ампулы с обезболивающим. Этот пожилой разведчик был долговязым, но очень сухим, и едва ли мог поднять такую здоровую "тушу" как Эрик, по крайней мере, Макс так думал до нынешнего момента. Впрочем, Крыс всегда был непредсказуем и часто удивлял участников группы своими возможностями и идеями, так что Макс уже ничему не удивлялся.

Крыс быстро обработал раны Эрика и уселся рядом с Максом.

- Надо уходить!

Макст пристально посмотрел на него.

- Надо уходить! И как можно быстрее, - вкрадчиво но, тем не менее, тревожно повторил Крыс. - Прямо сейчас надо уходить!

Макс посмотрел на угрюмо глядящего в их сторону здоровяка, затем перевёл взгляд на мирно спящего старика из "Нижних трущоб".

- Как?

- Как угодно! Вокруг нас всё кишит племенами дикарей. Я видел "Музыкантов", "Собирателей ушей" и ещё пару незнакомых мне группировок! - Крыс сглотнул. - Их очень много, и будет ещё больше.

- "Музыканты"?

- Да... Они делают флейты и свирели из костей. Играют на них вовремя всяческих обрядов и ритуалов. Музыка выходит такая, что кровь стынет в жилах. А среди костей, пуще прочих они ценят человеческие.

Макс поёжился. Ему как-то сразу захотелось согласиться с Крысом и убраться отсюда. Но взгляд его вновь упал на старика. Крыс сразу заметил, куда смотрит парень, и произнёс, - "я его подниму, а ты собирай вещи".

- И выкинь, или хотя бы отключи эту штуку... Она скорее нас убьёт, чем защитит! - добавил он, поднимаясь с земли и указывая на счётчик Гейгера.

Макс уставился на своё запястье.

- Со многими племенами пришли "прокаженные". Они уродливые, но очень башковитые. Достаточно щепотки радиоактивной пыли, чтобы определить, что в радиусе пятидесяти метров притаился какой-то технарь-колонист. Любой, кто прожил в пустошах хотя бы месяц - знает, что ничто громко реагирующего на внешние раздражители здесь носить нельзя.

- Это из-за тебя он пискнул? - Макс выглядел крайне растерянным.

- Конечно! Использование слегка облучённой пыли или пепла - старый как мир метод обнаружения всяких умников.

Макс поспешно снял прибор. Выключил и спрятал в рюкзак.

Крыс быстро подошел к спящему раненому бойцу и резко наступил ему на рану. Старик, было, взвизгнул, но долговязый скаут поймал его крик в ладонь, накрепко прижатую ко рту пострадавшего руку. Старик, похоже, пытался кусаться, но Крыс не отнимал руки, покуда тот не успокоился и не обмяк.

- Вставай. Нас ждут великие дела!.. И очень долгий путь... - произнёс он, вытирая окровавленную ладонь о штанину. Похоже, это было первое ранение Крыса за всё время похода.

* * *

Путь и правда получился очень трудным. Они часто меняли направление движения, и каждые полчаса останавливались на привал. Макс отвечал за раненых, Крыс искал безопасные тропы. В итоге, прошагав всю ночь и часть следующего дня, они вышли к подножью плато, на вершине которого, по какому-то безумному замыслу высилась колония "9-63".

Похоже, их не ждали. Лишь одинокая Элиза стояла на краю эстакады у ворот города, и вглядывалась в четвёрку фигур, поднимающуюся к городу. Да несколько солдат из числа наёмного отребья оживлённо зашептались на посту при их приближении.

Лиза почти ничего не сказала, её лицо оставалось спокойным, а жесты сдержанными. Она лишь указала в сторону центра города. Туда, где находился городской Форум.

- На Форуме ждут хоть кого-то, кто пояснит сложившуюся ситуацию, - сдержано и удивительно тих, проговорила девушка, когда Макс с ней поравнялся у входа в город. - Остальное потом...

Макс оторопел. Он совсем не ожидал увидеть в глазах девушки, которую знал с детства, какую-то жуткую тревогу.

Крыс потянул Макса за плечо, увлекая вперёд по центральной улице.

- Помоги им. - Обратился немолодой долговязый скаут к девушке, ультимативно указывая на раненых участников группы. Затем он перевёл взгляд на КПП, к пыльным окнам которого прильнули лица притихших уже охранники. Поманив их пальцем, он указал на Эрика и старика. Бойцы, будто очнувшись ото сна, незамедлительно выбежали из укрытия.

Город и правда был практически пуст, лишь изредка в окнах мелькали тревожные тени стариков оставшихся дома. Впрочем, по нарастающему гулу, несущемуся откуда-то из центра, было понятно, что колония отнюдь не вымерла.

Городской Форум представлял собой обширную площадь, выложенную штампованным бетоном и окруженную плотным кольцом зданий общественного назначения. Попасть сюда можно было через широкий парадный вход, представлявший собой несколько высоких арок выстроенных в ряд. Со стороны, Форум напоминал цитадель, в которой, вестимо, можно было долго держать круговую оборону, забаррикадировав все входы и выходы. Место это, было очень хорошо освещено, лучше, чем какое либо другое место в городе. Отсюда по всей колонии расползались тугие пучки проводов. Подобно исполинской корневой системе оплетавшей все без исключения строения, терминалы, рекламные щиты, мачты городского освещения. А после, уходящей глубоко под техногенное плато колонии, в самые недра городской канализации и подземных хранилищ.

Колония "9-63" жила своей жизнью. Здесь, похоже, не догадывались о бедах надвигающихся на город, и оттого тревога Элизы показалась Максу очень странной. Из динамиков, коими была увешана вся площадь, раздавался слегка искаженный помехами голос генерала Боффера, призывавшего записываться на работу, а так же вступать в ряды сил самообороны.

- Срочно нужно хотя бы пять человек на перерабатывающий комплекс! Это сейчас очень-очень важно!.. не кричите!.. да послушайте вы!!! У нас даже со сталью и медью туго, если мы не наладим производство, через пару месяцев начнётся голод! - вопил он.

На площади разгорелось сразу несколько дискуссий не вполне понятного содержания, и, что естественно, не приведших ни к какому положительному результату.

- Ещё нужно пополнить ряды сил самообороны. Примерно три-четыре бойца! Записывайтесь в тренировочный лагерь у дежурного при входе... Жильё в казарме, питание три раза в день за счёт города! - речь генерала приобрела куда более "казённый" оттенок. - Вполне вероятно, племя дикарей, напавшее вчера, попытается ещё раз проникнуть на территорию колонии!

Второе сообщение вызвало куда больше энтузиазма у собравшихся. В угрозу нападения дикарей верили. похоже, немногие, а бесплатное содержание было по нраву каждому.

Генерал Боффер, возвышался над толпой, опираясь на массивные перила обширной площадки, находившейся примерно на уровне третьего этажа главного здания, что напротив центрального входа городского Форума. Он казался крайне измождённым. Тяжело дыша, он оглядел клокочущую внизу людскую толпу, в глазах его читалось отчаянье.

Понятное дело, никаким генералом он не был, он возглавил отряд поселенцев и привёл его сюда, будучи опытным бойцом и следопытом, изрядно повоевавшим и постранствовавшим. Генералом его стали называть просто оттого, что он был здесь главным, и такое обращение казалось вполне логичным.

Глаза Боффера расширились, когда он увидел две серые фигуры, медленно вошедшие в центральную арку на противоположенной стороне площади. Даже на фоне прочих горожан, одевавшихся не слишком изысканно, эти люди выглядели как истинная рванина. Одежда их, напоминавшая остатки военной амуниции, была изорвана и превратилась в лохмотья, лица почернели от грязи, а в руках, испещрённых ссадинами, они держали сильно устаревшие образцы имперского оружия, какое Бофферу доводилось видеть лишь в руках дикарей в самых необжитых районах пустоши.

Это были бойцы из числа скаутов, которых он отправил на разведку, в степи окружающие колонию. Три группы по пятнадцать человек. Одна ушла на юг, две другие - севернее.

У генерала засосало под ложечкой. Он совершенно потерял счёт времени, занимаясь столь непривычной для него административной работой. Он и спал-то за последнее время всего пару часов. Он силился понять, сколько прошло времени с их ухода и получалось никак не меньше трёх суток.

Генерал интенсивно замахал руками, чтобы их пропустили к главному зданию и помогли подняться на площадку для выступлений.

Крыс толкнул Макса в образовавшийся широкий коридор посреди толпы. Коридор вёл прямиком к светлому дверному проёму в другом конце Форума.

- Я догоню, - произнёс он и растворился в серой людской массе.

Макс поднялся вверх по лестнице и увидел генерала Боффета, тот стиснул зубы, скулы его дрожали, а лоб страшно наморщился.

- Что?.. - выдохнул он едва слышно, так, что прочие слова, которые он вроде бы хотел произнести, застряли в горле.

Макс подошел к микрофону и начал говорить. Воцарилась гробовая тишина.

- Степи вокруг колонии кишат дикарями. Мы разделились на группы по пять человек... Я пошел к Лисьей реке, у брода мы нарвались на группу из восьми "пожирателей" и, по меньшей мере, полусотни "невольников"... у... у нас не было шансов. Искра, Фокс и... - он замялся, - и ещё один парень... они погибли. Крыс со своей группой ушел восточнее, он говорит, что там было ещё три банды дикарей, и среди них были "прокаженные". К месту встречи вернулись только Крыс и Эрик. Эрик сильно ранен. Пятерка, в которой были Витя и Спанч, к месту встречи не вышла.

Боффет сглотнул. У него закружилась голова, и он тяжело опустился в кресло.

- Сколько всего дикарей вы видели?

- Сложно сказать, - раздался высокий хриплый голос из-за спины Макса. - Думаю на двух квадратных километрах, что мы смогли исследовать, не менее двух сотен... А что у других групп?

- Ничего! - генерал прикрыл глаза и потёр виски.

К этому моменту оторопь начала спадать с людей толпившихся внизу под площадкой для выступлений, и Форум вновь наполнился гулом. Теперь голоса были куда более встревоженными, какая-то женщина даже начала истерить.

Немного утихомирив людей, генерал указал на необходимость раздать всем мужчинам оружие, и приготовиться к обороне. Впрочем, едва ли это могло решить все проблемы. Мужчин способных держать оружие, в колонии "9-63" насчитывалось не более полутора сотен. К тому же, это ставило крест на любом производстве.

Крыс слегка толкнул Макса, и проскочив вперёд быстрым движением выключил микрофон. Затем обернулся к генералу.

- "Мёртвый город" в тридцати километрах к востоку, - произнёс он.

Генерал, похоже, понял, о чём идёт речь, и поморщился.

- К востоку от нас песок, грязь и нет источников воды. Едва ли эти места густо населены. Вероятно, дорога на "мёртвый город" свободна, там наверняка можно найти какие-то припасы и материалы, возможно - оружие и технику. Нужно отправить группу.

- Вы и отправляйтесь! - выпалил Боффет, - всё равно более квалифицированных специалистов у меня нет.

Макс переводил взгляд то на Крыса, то на генерала. Ему стало тошно от мысли, что придётся вновь выходить за пределы города, казавшегося ныне настоящим оплотом спокойствия посреди диких пустошей, где бродят толпы существ, которых и людьми-то назвать сложно. Но он не нашел, что сказать, а через пару секунд было уже поздно.

- Нужны хорошо подготовленные солдаты... хотя бы человека четыре.

- Это авантюра!.. ты, правда, веришь, что вы вернетесь?

- Авантюра - строить колонию посреди степей! Здесь ведь даже укрыться негде! А что касается смерти!.. все умрут рано или поздно.

- Хорошо, - сдался генерал, - я скажу бойцам.

- Пусть тянут жребий, если никто добровольно идти не захочет!

Боффет невесело хмыкнул.

* * *

Макс вновь шел в объятья своей судьбы, зловеще улыбавшейся ему во все 32 гнилых зуба. Он боялся отказаться, чтоб никто не подумал что он трус. Он не хотел аргументировать свою позицию по поводу столь бесперспективного похода, поскольку считал, что у него всё равно не хватит аргументов. Он не любил и не хотел ничего решать. Он плыл по течению. Теперь течение вынесло его к восточной окраине города, откуда открывался великолепный вид на рассветное небо и ярко-желтую равнину. В воздухе висела звенящая тишина, а ветер имел какой-то кисловатый привкус.

Макс почти не спал ночью, но это его едва ли волновало, вся его жизнь за последние несколько дней превратилось в какой-то очень тревожный сон. Ему так и не удалось поговорить с Лизой, он несколько раз искал её глазами в толпе, но найти не мог. Похоже, и она потеряла надежду вразумить его, заставив жить собственной жизнью...

"LOT: Наследие Времен"

Трансляция 3-D боя из игры:

Другие трансляции 3-D боев на Twitch